Это история о службе и людях, которые ценят слаженность, плечо товарища и придерживаются простого правила: своих не бросают. Для жителя Пласта Андрея Константиновича Мальцева 15 февраля является особой датой в его календаре. Газета Знамя Октября рассказывает о том, как «серая полоса» в военном билете и команда «20‑А» привели уральского новобранца в учебку Ашхабада, затем – в Кабул и на «горячие» маршруты: Пагман, Джелалабад, Кандагар, Чарикар, магистраль «Гардез-Хост», Баграм. Его расчет тянул на броне «Василек», окапывал машины по «гусянку» (гусеницы), встречал письма пачками и делил галеты с ребятишками у дороги.
Андрей Константинович родился и вырос в селе Стрелецком Троицкого района, откуда его призвали в ряды Советской армии. 2 ноября 1986 года в Копейске он прошел медкомиссию. По непонятным тогда для него причинам, ему выдали военный билет, поставили в резерв и на несколько суток отправили домой. Дома брат обратил внимание на то, что в военном билете уже наклеена «серая полоса» и стоит команда «20-А» — признак заграничного направления. 11 ноября в Копейске на построении объявили команду «20-А», но назначение не раскрывали. Новобранцев посадили в поезд, и на расспросы отвечали расплывчато — «едем в теплые края». В Ташкенте часть ребят высадили, остальных повезли дальше. Сержанты уже прямо говорили: учебка в Ашхабаде, а дальше – Афганистан.
В учебке из новобранцев сформировали команды: в итоге четверых уральцев, в том числе Андрея Константиновича, определили в артиллерию. Готовили на минометы — переносные и автоматический «Василек». Экзамены принимала госкомиссия из Москвы, физподготовка была жесткой. А. Мальцев сдал на «отлично» и получил сержантские погоны. Командир намеревался оставить лучших сержантов в учебке, отправки в Афганистан уже шли, а их не ставили в списки. Тогда Андрей с товарищами написали рапорт с просьбой направить в действующую часть. 11 мая их привезли в город Мары, а после отправили в Кабул.
Сержанта Мальцева вместе с земляком забрали в полк при Кабуле. Полк участвовал в боевых действиях. Андрея назначили командиром минометного расчета во 2‑ю батарею. Уже в первый вечер – погрузка боеприпасов и продуктов, утром – выход колонны. Так для него начался Афган.
Первые бои в июне 1987 года: работа расчетом на блокпостах и при сопровождении колонн. Первая провинция – Пагман, доставка гуманитарного груза на заставы и для мирных жителей. Машины окапывали по точкам, при этом наблюдатель на броне с биноклем. Расчет Мальцева работал на автоматическом миномете «Василек», который ставили на площадку МТ‑ЛБ. Днем солдаты заметили людей с оружием в «зеленке»: на винограднике, в долине с арыками. Офицеры предположили, что народное ополчение, и запрещали первыми открывать огонь. Но этой же ночью начался обстрел – первый бой, первая кровь.
В полку долго не засиживались: вечером пополняли боекомплект и продукты – утром снова уходили на задание. Вторая операция «Кабул–Джелалабад»: три машины и три расчета прикомандировали к 56‑й десантной бригаде для сопровождения московских проверяющих на заставу. Перед подразделением, где служил наш земляк, командование ставило разные задачи.
В октябре, в день рождения Андрея, подразделению пришел приказ: вернуться в полк, завтра на Кандагар. «Вернувшись в полк, получили все свои письма за июль-октябрь, а это целая пачка. По почтовым штемпелям искал те, что пришли уже позднее, чтобы успеть до утра узнать все новости из родного дома. Под Кандагаром был очень враждебный кишлак. Колонну вел «управленческий» МТ‑ЛБ – машина управления связью в колонне, вся в антеннах, заметная. При проходе на скорости машину подорвали: затор и бой. После отражения огня подбежали к горящей машине: там старший лейтенант без ступней, водителя контузило. Их позже эвакуировали вертолетом», – вспоминает Андрей Константинович.
«Горные выходы тяжелее бронезадач, – продолжает воин-интернационалист. – На точку – броней или вертолетом, дальше – пешком. Главное – взять больше воды и патронов, сухпай на 3 дня примерно по 3 кг «раскладывали», чтобы не обессилеть. Лишнее оставляли в машине. Группа до 25 человек, минометный расчет 4 человека. Разведка давала данные по «караванам» с наркотиками, оружием. Задача – занять высоту и перекрыть. Со временем мы уже выявили приметы боя: если «караван пошел», то женщины, дети, старики выходят с узлами. Понятно, ночью будет нападение. Если ребятишки бегают и кричат «шурави», то, как правило, тихо.
Операция «Магистраль Гардез – Хост» была следующей. «В ноябре нам предстояло обеспечить вывод войск из Хоста к Кабулу. Племена Джадрана девять лет готовили оборону: подземные блиндажи, схроны у самой границы с Пакистаном. При входе на перевал начался бой с группой наемников «Черный аист». По данным штаба, было уничтожено 18 из 25 наемных боевиков. После нас водили в штаб, чтобы бойцы поняли, с кем имели дело, с кем мы тогда сразились. Против нас, 18-19-летних солдат, выступали здоровяки, двухметровые дядьки солидного возраста. Личного контакта в бою не было, работали минометом, вывод обеспечили. Конечно, при этом были и потери, и раненые.
После «Магистрали» в феврале 1988 года готовили операцию по вывозу 20-й и 21-й застав, которые дислоцировались всего в 30 километрах от Кабула, но это была «недружелюбная» зона. Там хозяйничал полевой командир Ахмад Шах Масуд. В период первого этапа вывода войск Андрею Мальцеву поручили самое горячее: прикрытие блоков и вывоз застав к Кабулу, далее – в Союз. Командование предупредило: операция сложная, «духи» стремятся захватить их автоматический миномет, которому тогда не было аналогов. А.К. Мальцев выбрал себе в расчет самых надежных своих товарищей.
Выдвигались на Чарикар, было не по себе: боевики повесили бойцов «народной армии» вдоль дороги, трупами перегородили трассу. Группа разместилась около школы рядом с разрушенным кишлаком, дистанция до цели – 300 метров. Там боевики и их командиры. И дети не отличались дружелюбием: бегали, показывали, мол, видите, что с теми, и вам так же будет. Три машины заняли блок, две — на прикрытие под углом. Миномет А. Мальцева перевели на прямую наводку.
«В первый день мы только наблюдали: старший по рации огня не давал. На второй — афганское ополчение прочесало кишлак, постреляло и уехало. Через полчаса после этого началось: первый прилет мины в 20 метрах от машины, затем приказ: «Бить на поражение». «Василек» отработал прямой наводкой, выпустив порядка 500 мин. Снова приказ: «Прекратить огонь. Переговоры». Но не тут-то было. В этот момент противник начал долбить по нашей машине прямой наводкой. Накануне я, будучи ночным дежурным, вышел на посты в бушлате, под ним остался легкий бронежилет. Бушлат я так и не снял и лишь позднее понял, что этим спас жизнь.
Андрей Мальцев вспоминает, как он запрыгивает в машину, наступая водителю чуть ли не на голову, дает ему команду: «Подвернуть для сектора». Тот потом скажет: «Ты меня спас». В этот момент заклинивает миномет, и Андрей Константинович видит, как в 100 метрах встает «дух» и целится из ручного противотанкового гранатомета РПГ. «Как в замедленном кино: черная точка летит прямо в нас. Тогда погибли два моих товарища, третьему оторвало ногу, позднее он скончался в госпитале», – рассказывает А.К. Мальцев.
В том бою и сам Андрей Константинович получил множественные осколочные ранения. Бронежилет и неснятый бушлат спасли его, осколок уперся у сердца, но тяжелое ранение левого глаза, перелом ноги. Их вытащили под огнем и передали медикам, а бой продолжался сутки. В госпитале остановили кровь, сделали перевязки, правый глаз промыли, по левому спорили: один врач считал, что его нужно удалить, а некий профессор Трояновский настоял «сохранить» и спас глаз.
26 марта 1988 года Мальцева выписали, отправили на лечение в долгий отпуск. Сообщили о представлении к награде – ордену Красной Звезды за ликвидацию главарей банды. В августе он вновь прибыл в Афганистан. «Осенью 88-го новых молодых уже не приходило. «Увольнения не будет – будем выводиться», – говорили нам. Полк стоял на прикрытии колонн через перевал Саланг. Новый год встретили в казарме. 17 января вновь построение: «Последняя отправка, завтра полк сдаем афганской армии». В списках меня сначала не оказалось, лишь затем включили, и я поехал домой.
Их борт входил в число последних самолетов, улетевших из Кабула. Андрей Константинович переслужил около 2,5 месяцев. Тяжело было вспоминать путь, пройденный по Афганистану, еще больнее от того, что не все вернулись оттуда. После Афгана он вернулся в Троицкий район, устроился в совхоз, женился в августе 1989 года. В начале 2000-х переехали в Пласт. Вместе с супругой Татьяной Борисовной вырастили сына и дочь, теперь радуются внукам. По словам А.К. Мальцева, всю жизнь примером стойкости и мужества для него был дед, который героически сражался в боях Великой Отечественной войны.
Елена Чемпалова, корреспондент ЗО, фото автора и из Архива А. Мальцева